dead art (lifestation) wrote,
dead art
lifestation

О современном просвещённом мистицизме. Выгорание Наблюдателя

Мир магии бесконечен, загадочен и непредсказуем. Вот и ведение блога может быть похоже на вызывание духов: этак сидит сферический блогер (недаром ЭТО называют "блогосфера") перед своим магическим столом и вместо того, чтобы в буклу играться, совершает некие действия с пентаграммой клавиатурой, колдует, пишет заклинания, буквы и слова и так связывает, и так выстраивает, и так соединяет, и такие комбинации строит, и сякие выписывает, и отправляет в огонь иных миров вакуум, где обитают духи, души "или что у них есть ещё там" в надежде вызвать подходящего духа, который ему ответит, а может, и прольёт какой-нибудь небесный свет или наделит каким-нибудь эксклюзивным артефактом Качеством или хотя бы кольцом всевластия Знанием. Но это — всё же, более шутка, уж больно хорош сам образ. Пусть побудет эпиграфом чтоли…


Любопытная человеческая черта иногда получается как производная от магического мышления в современной реальности и в условиях просвещения, возникающего из далеко зашедшей работы иррациональных психологических защит, я бы её назвал мировоззренческим просвещённым мистицизмом. Сразу оговорюсь: речь идёт о том роде мистицизма хорошо образованного интеллектуала, который ну никак не похож на мистицизм, по крайней мере, с первого, второго, третьего… взгляда.

Магический азотерико-метафизический подход, а главное, склад личности, был актуален в древнем мире и средневековьи, когда культура строилась вокруг священных текстов, а наука была фактически сателлитом богословия, чуть ли не "паразитировала" на нём, аки тонкий слой живой природы на скальном фундаменте. Теологическое мировоззрение предполагает существование некой единой сакральной Истины, записанной в зашифрованном виде в священных текстах, где задача наблюдателя — найти текст и разгадать его тайный смысл таким образом, чтобы в него оказались бы вплетены уже имеющиеся достижения по материалистическому познанию мира, представляемого как Субъект или как нечто, управляемое Субъектом, задача богослова исследователя в том, чтобы налаживать (со)общение с Субъектом, вступать с ним в переговоры посредством сообщений особого формата (ритуалы, исповеди, проповеди, молитвы, заклинания и прочее), предназначенного для передачи Смысла, то есть сакрального… эээ… контента, ну и расшифровки его, Субъекта, посланий к человеку. При этом роль реального материального познания мира определяется как мелкая, прикладная, не имеющая собственного смысла. "Всякое познание не имеет смысла, если оно не направлено на то, чтобы познать бога", при непреложном условии непознаваемости Бога.

Просто, чтобы не путаться в словах: Эзотерика — установка на видение, как в тексте, так и в объектах реального мира не самих этих слов и объектов и их признаков, а смыслов и знаков, кодов и символов указывающих реципиенту на нечто "иное" и "непроявленное", которые надо (должно) увидеть и расшифровать. Признаки и свойства — качества объектов, выявляемые при наблюдении, а смыслы, знаки и коды — сообщения, намеренно вложенные неким субъектом, которые теперь надо (должно) "правильно" расшифровать и истолковать. Метафизика — упование на иррациональное объяснение, когда вместо вопросов о том, как устроено то или иное явление, актуально толкование символов "Что нам сообщает Субъект". Ну и мистика — это ничто иное, как позиция отказа от рациональности, когда магическое по сути объстнение: "Это — работает!" проходит как достаточное. Истина в такой картине мира существует как нечто единое, всеобъединяющее; она же для мистика обсуждаемого типа является и Субъектом, оставляющим в квесте окружающего мира закодированные сообщения, подсказки...

И что поделаешь, мировоззренческий-то мистицизм как-то худо-бедно лечится всё тем же просвещением, а вот психологические предпосылки (мироощущение) никуда особо не деваются. Современная множественность и принципиальная неполнота человеческих знаний и представлений о мире (и изысканий по получению знаний и формированию представлений), когда информации много, причём, совершенно разноплановой и противоречивой, все вокруг что-то делают, говорят, пишут, обсуждают и т.п., что само по себе может быть утомительно, а для человека любознательного при неблагоприятных жизненных обстоятельствах в этой сфере возникает риск скатиться к состоянию информационного коллектора, что изматывает ещё сильнее, и в какой-то момент наступает истощение, уплощение восприятия, выгорание и скатывание в автоматизм: человеку начинает казаться, что "все они говорят не о том", что никто ничего не понимает, исследователи исследуют что-то, не зная, что, и не понимая предмета и так далее, а между тем, Истина-то где-то рядом… Познавательная деятельность мистика превращается в ритуал служения Истине, он всё читает, и всё — мимо, всё ему не то и не о том, и он ищет, ищет, ищет, когда же будет ТО… Он точно знает: были люди, великие умы, которые, на самом деле, всё-всё-всё понимали, но далеко не всё говорили: умный обязательно должен многого не говорить, без этого какой же он умный. Главное — найти их и правильно прочитать. К реальному же познанию это порождает отношение как к чему-то, далёкому от сакральной и всеобщей Истины, следовательно, мелкому и, главное, ложному. Как у богослова к исследованию материального мира.

Поскольку Истина для мистика сакральна, а сакральное априори недостижимо в своём совершенстве, её можно только чтить, возносить ей хвалы и молитвы и приносить жертвы. Ну а если уж молиться, то — уж Богу, не меньше. Все человеческие "потуги" — разве сравнить с Богом... Мистик считает грандами науки тех, кто, на его вкус, достаточно предан Богу Истины, достаточно самоотречённо молится и, а все остальные — "профаны". (Кстати, забавно, что само употребление в речи применительно к кому-либо слова "профаны" всерьёз — эвфемизм за которым скрывается смысл "непосвещённые" и "недостойные" , что уже достаточный маркер мистицизма вообще и культурного расизма в частности. Исключение составляет только выражения типа "я профан в этом деле", означающее "я не несу ответственности за свои слова, и вообще, не принимайте всерьёз, мопед не мой".)

То, что называется здравым смыслом, тоже заведомо локально, множественно, далеко не всегда правильно, посему для Мистика – мелко, ложно и недостойно истинного служителя культа Истины. И вот, какая забавная аберрация сознания происходит в этом смысле: рано или поздно просвещённый носитель магического мышления начинает считать, что отказ, а особенно – демонстративный отказ, от здравого смысла приближает его к Истине, а следование здравому смыслу — признак "профанства", "низкого полёта", "непосвящённости/недостойности" дурного вкуса и всего в таком роде, — наоборот, от Истины отдаляет.

Так, к чему это.

Галилей, например, ища формулу ускорения свободного падения, не чурался камешки с башни бросать и замерять время, потом сопоставлять результаты с формулами, какая подойдёт. И подобрал. Теоретическое обоснование было потом, постфактум. Вообще люди, независимо от мировоззрения, занимающиеся познавательной деятельностью, особенно, если они в каких-то вещах первооткрыватели, всегда работают в условиях недостатка информации, более того, непосредственно с этим недостатком они и работают, и руководствоваться здравым смыслом им приходится неизбежно. Мистик же, читая интеллектуалов, проецирует на них образ Посвящённого, ревностного служителя... Если учёный — математик, то в восприятии Мистика он должен двигать какие-нибудь шизофренические концепты типа "мир существует внутри математики", не говоря уже о том, что он вдруг должен считать, что математика, вообще, имеет какое-либо непосредственное отношение к материальному миру, что недалёким простецам не дано понять, лучше, если рассуждает на предмет есть ли жизнь вне интернета есть ли мир вне математики... Своего рода воплощение позиции "верую, ибо это нелепо". Это просто красноречиво, но для всякой науки — найдутся свои вопросы витальной тоски к растерянному разуму. Например, христоматийная дихотомия: где кончается синее море физика и начинается игра собирание марок?.. Сами же титаны, именно потому, что они – в первую очередь, рационально (точно) мыслящие интеллектуалы, по-моему, могли говорить подобное только в форме эксцентрично-изящной словесности, и с намерением выпендриться впечатлить или привлечь внимание окружающих. Хотя, в принципе, для того, чтобы отвлечь внимание от своей персоны, тоже годится способ выдать себя за этакого солипсиста-эксцентрика, который живёт внутри математики по законам математики и утверждает, что весь мир живёт так же, только этого не знает: "Ах, отстаньте от меня, я не от мира сего, просто гений чудак, без изысков", хотя, конечно, теоретически возможен уход в риторику по-поздненьютоновски, мол "материальный мир я уже познал, теперь дело за божественным", но такое чаще происходит с людьми, скажем так, далёкими от интеллектуальной деятельности.

Особенности Служения. Как отмечено выше, мистик всё читает, до чего дотянется (по важной для него тематике), только внимание обращает не столько на содержание или там логику (Истина-то совершенна и непостижима), сколько на характер служения. Мистик — это Воланд. Он сидит на сцене, изучает людей, всю работу делает свита (роль свиты выполняют, в основном, авторы, собеседники, комментаторы, ранее зачисленные в "свои"): выкатывает пред очи полутёмного зала всяческие дискурсивные фокусы (роль фокусов выполняют как обсуждаемые материалы, тексты, мысли, так и отсылки к книгам и авторам), сам он — смотрит на реакцию публики, так сказать "изучает людей", проходящих перед ним. Среди этой публики он ищет "своих". Разница только в том, что у того Воланда, среди публики своих не нашлось, а мистик своих набирает именно из неё. Критерий отбора — это правильность служения, точность ритуала. Типичные суждения мистика: "Кто знает, тот знает", "эта нога — того, кого надо, нога кто надо, тот понимает" и "если ты понимаешь, то чего тебе объяснять" и "…а если не понимаешь, то тем более, чего тебе объяснять". Мистик пропускает через себя массы говорящих, пишущих людей, подкидывает им стимулы и наблюдает за реакцией, кто правильно реагирует, проходит на следующий уровень, кто нет, отсеивается. Так идёт игра.

Основное устремление рационального познания — делать непонятное понятным, для Мистика же любая ясность, вернее, отсутствие тумана и метафизической связи с Главным — это редукционизм, стремление к нему есть смертный грех невежества. Противостоя стремлению иных к ясности, Мистик будет делать всё, что угодно: клеймить "простецов" заваливать разношёрстным материалом в таких объёмах и сочетаниях, в которых его невозможно обработать, демонстративно отвергать очевидное, пренебрегать логикой и молиться на контринтуитивность, ставить риторические вопросы и давать на них наводящие ответы, ставить наводящие вопросы и давать на них риторические ответы… Его генеральная линия партии такая: "я знаю, что я ничего не знаю, но я — знаю хотя бы это, не то, что те простецы и редукционисты, которые чего-то там себе думают вместо того, чтобы думать о Главном, которое заключается в том, что мы ничего не знаем, никто ничего не понимает, никакие теории и исследования не отвечают ни на какие вопросы, вся наука гибнет, хотя и были раньше гиганты мысли 'не то, что нынешнее племя', 'иных уж нет, а те далече', и вообще, 'выхода нет', и так мало и так трудно найти в мире людей, кто оттоптался по всем тем же темам и пришёл к тому же". Чем "страннее", а то и абсурднее с позиции здравого смысла звучит высказывание, тем больше возможностей увидеть в нём некий скрытый смысл, который, разумеется, недоступен большинству и не понят, не осмыслен в должной мере.

Дело в том, что Мистику чрезвычайно важен круг Посвящённых и собственная к нему принадлежность, чтобы этот круг был для него именно "своим", ибо вне этого круга он не может существовать: посереди многообразия реального мира Мистик просто не знает, что с собой делать, он теряет себя. Поэтому даже собственные мысли он не воспринимает как собственные, а как связывающие его с кругом Посвящённых: он стремится найти их подтверждения, отражения, ну или хотя бы отголоски в словах, мыслях и трудах тех, кого считает Достойными, мол, "если я вот об этом вот так сейчас подумал, то наверняка, кто-то из великих сто лет назад о том же подумал так же, и я просто высказал его мысль", что означает "мою мысль наверняка подтвердит (или подтвердил бы) кто-то из корифеев. И идёт бесконечное конвейерное перелопачивание каких-то текстов, старых, новых, древних, бесконечные цитаты, аллюзии, этакое навязчивое ковыряние по библиотеке в поисках ценных афоризмов мыслей предков, будь то корифеи, чудаки или ещё кто…

Короче, устремление Мистика — это ничто иное, как сакрализация незнания и поиски "своих", то есть правильных авторитетов, также, тех, кто поклоняется правильным авторитетам, притом, не абы как поклоняется, а правильным ритуалом. Ещё одно в правильном поклонении и служении — это чувственный опыт, что естественно для мистического мировосприятия. С точки зрения Мистика этакого типа, ты служишь Истине правильно тогда, когда "для тебя важно то, что важно для меня", и главное о важном: "ты чувствуешь то же, что и я". Действительно, Мистик думает о Главном. Фоном. Всегда.

Типичное, даже не типичное, а эталонное высказывание Мистика этого типа, прочитанное мной в ЖЖ: "мы понятия не имеем, как организовать наши отношения, чтобы они не вредили нашим начинаниям, чтобы те не вредили нашим мыслям и чувствам, которые являются чем-то постыдным, поскольку как их организовать мы тоже понятия не имеем". В действительности, Мистик не имеет понятия, как организовать себя (а заодно и других) без Направляющей Руки, также, не мыслит себя без слияния с другими.

Самое смешное, что, если говорить об убеждениях, практически не имеет значения, каковы они. Не знаю, имеет ли это всё отношение к неврозу навязчивых состояний, или к патологическому развитию личности вообще, до нынешнего момента ничего такого в голову не приходило, но мне почему-то всё больше кажется, что это такой способ снятия тревоги посредством ритуальных действий, то есть что-то из обсессивно-компульсивной области.

PS: 'Река велика, но она состоит из многих волн, а ты, Зяблик — непрерывен. Понимаешь? Не-пре-ры-вен...'
Tags: 2011
Subscribe

  • ''Говорятмыбякибуки'' — Упопабыласобака

    "Говорят, мы бяки-буки," но всё это враки-трюки, байки-басни, сплетни-слухи, нарратив, дискурс и яд, выдаваемый за вести, мы - одни, а их — по…

  • Письма на ветер

    Он — остывший романтик, артист и предмет пересудов; и поэт, пусть не гений, но всё ж, у него есть секрет: его собственный ангел, хранитель,…

  • Яблоко, ТЫблоко, Облако и Небесная Сеть

    В эпоху, когда персональные компьютеры появились лишь номинально, практического применения им ещё не было, и пиарщики просто не знали, под каким…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment