dead art (lifestation) wrote,
dead art
lifestation

Про бяки-буки. Уж не знаю, кому это тут может быть интересно... :( (О громко личном) Начало


Появление всё более и более изощрённых способов атаки на сознание и личное пространство инициирует появление и новых способов обороны. От, в самом простом случае, снижения чувствительности к раздражителям определённого типа или блокирования определённой информации до вычленения скрытых психологических вирусов в виде мыслительных приёмов, скрытых и опосредованно транслируемых установок и т.п. Но это – так, "шапка". Вообще-то, я сейчас говорю только о рекламе, причём, только на телевидении и радио. Кто как к ней относится, а я заметил ещё лет 10 назад, что, когда начинается реклама, моё сознание может просто отключаться. Правильнее даже – говорить не просто об отключении сознания, а о том, что внимание блокирует сигнал, идущий с телевизора, и становится в положение ждущего триггера, чувствительного только к одному информационному воздействию "ключу", который и снимает блок. Как нетрудно догадаться, ключом является конец рекламного блока плюс продолжение того, что было прервано. Всё это хозяйство работает в автоматическом режиме, поэтому, если, есть мысль, скажем, пойти налить чай, почту проверить или ещё какая мелкая блажь, то есть, чем заняться, и никакие блоки не нужны. Однако, в этом случае ты уже, фактически, ждёшь когда реклама начнётся. А вот если никаких подобных задач на время рекламы не стоит – никуда не надо идти, ничего не надо (то есть не запланировано) делать, то всё работает; и выглядит это так, что могу и не обратить внимание, и даже не запомнить, что кино прерывалось. Некоторые любители экстремальной психологии (типа НЛП) могут сказать, мол, это наоборот, сознание отвлекается, открывая незащищённый вход в бессознательное, но кто хочет, может верить или не верить, но в данном случае это не так. "Вход" именно блокируется полностью. К слову, я даже не являюсь потребителем рекламируемых товаров и услуг.
Как только появляются известные признаки манипуляции, срабатывает фильтр, причём, как я стал замечать в последнее время, отфильтровываться может даже слишком много. Например, если на концерте слишком громкий звук, то в "наигромчайшие" моменты, близкие к болевому порогу, я пару раз замечал, что начинаю слышать звук так, как будто зажав уши пальцами, то есть звук значительно ослабляется, но сохраняется ощущение вибрации. То есть сознание имитирует ощущение зажатых ушей. Я, конечно, понимаю, зажать уши по-настоящему в такой момент было бы лучше – целее бы были. Но во-первых, не всегда знаешь, когда этот момент настанет, а во-вторых... ну что сказать... может, это и не есть хорошо, но вот так уж сработал механизм приспособления. Чтобы избежать вольных толкований, специально подчёркиваю, что речь тут идёт не об адаптации слуха, а именно о психологическом механизме защиты, аналогичном тому, как сознание «вырезает» из информационного потока рекламу. Например. Известный офтальмолог Бейтс, создавший руководство по здоровому (в офтальмологическом плане образу жизни), описывает случаи, когда ребёнок натурально слеп из нежелания идти в школу, то есть, нежелание было такое, что организм это, так сказать, выражал временной слепотой. А уж случаи с поднятием у детей температуры или нарушением внимания и/или координации движений от нежелания идти в школу, делать уроки или что-то иное, но очень неприятное, описаны в литературе довольно подробно. С избирательным восприятием звука картина та же – вышеописанная «защита» – это вовсе защита от именно громкого звука, это фильтр в высокой степени нежелательного воздействия на сознание, в данном частном случае это звуковой канал. Сама природа нежелательности может быть какой угодно; избыточная громкость звука – это частный случай нежелательности, взятый как пример лишь на том основании, что имеет прямое отношение к теме этой сказки. А ещё, я могу с таким же успехом не видеть изображения на экране телевизора во время рекламы и, вообще, не помнить не только её содержания, но при некоторых условиях и сам факт её наличия.
Как работают "ключи". Во-первых, это яркие цвета, и крупные детали, во вторых, всяческие эффекты и общая агрессивная подача, когда много напора укладывается в краткий временной промежуток, опять же, отсутствие смысловых связей. Далее, звук. Он сделан настолько агрессивным, насколько, это теоретически возможно. Во-первых, с бОльшим, чем в основном звуковом потоке, подъёмом на высоких и высших средних частотах, во-вторых, он очень компрессированный. Компрессия – это такая, ну ооочень очень фундаментальная и многогранная, штука, что о ней как об аспекте мироощущения можно говорить часами, писать диссертации по психологии и философии, но в данный момент я говорю о чисто технических её аспектах. Кстати, вышеупомянутые "ключи" работают, как антивирусы, именно на вылавливание приёмов и признаков компрессии, как вируса, будь он в звуке, в изображении или в словесной подаче материала. В звуке это громкость, резкость, насыщенность, в изображении – яркие цвета, крупные детали, быстрые смены кадра, звуковые эффекты, видеоэффекты, всякие крупные надписи, эмблемы, логотипы, а также, за редким исключением – исчезновение с экрана логотипа телеканала... А в содержании... Кроме разрыва смысловой нити, остальное быстрее показать на примере: у каждого же были ситуации, когда кто-то пытается настойчиво вам что-либо навязать, склонить к такой-то мысли или действию, и ты вынужден его останавливать, мол, "давай-ка помедленнее, потише, меньше воды (вариант – эмоций), больше смысла и желательно по пунктам". Вот это оно самое и есть – вы сопротивляетесь компрессии.. Но человек ведь не компьютер, когда-то он сопротивляется, но большинство – чаще поддаются, на то и рассчитаны означенные приёмы. Но это – так, к слову.
Как уже сказано, меня сейчас интересует только техническая сторона вопроса, а точнее, исключительно звук. Недавно был принят закон о рекламе, который, в частности, предусматривает и ограничение средней громкости звука в рекламе, то есть, средний уровень громкости рекламного блока не должен превышать средний уровень громкости основной передачи. Давно уже шли дебаты о том, что громкий звук в рекламе очень раздражает, особенно, когда телевизор без дистанционного управления, коих ещё 10 лет назад было, наверное, у нас большинство. Сейчас это уже не так актуально, но всё-таки, старые телевизоры были, да и есть ещё, в основном, у людей пожилых, которым подходить, да отходить, крутить эту ручку по несколько раз в час – представляет серьёзные трудности. сейчас, хоть и сменилось поколение телевизоров, но сама необходимость уменьшать громкость никуда не делась.
Вернёмся к закону. Если есть некая норма, то нужен какой-то устойчивый механизм её соблюдения, который не допускает вольной интерпретации заинтересованной стороной.. Итак.. Что такое "средняя громкость"? – это примерно такое же непонятное, вернее, неочевидное явление, как "среднее давление в больнице"... За какой период времени её мерить, если она меняется всё время? В каком диапазоне мерить? В любом случае, нужна какая-то стандартизированная методика измерений с чётко фиксированным регламентом. Например, в СССР уровень гармонических и нелинейных искажений мерился на частоте 1 КГц, а что там могло твориться, например, на частоте 14 КГц, и, тем более, на частоте 20Гц – это была тайна, покрытая мраком. Кстати, не только в СССР и, между прочим, не только раньше.
Справедливости ради можно отметить, что в СССР, в отличие от "стран с рыночной экономикой", недостатки методик измерения характеристик не использовались целенаправленно для сокрытия недостатков аппаратуры и удешевления производства, поэтому им как-то больше веры было. Как обстоят дела с рыночным производством, можно проиллюстрировать на ставшем уже хрестоматийным случаем с фирмой "Сони", описанном товарищем Суховым в книге "Атлас аудиокассет" в начале 90х. Для справки: товарищ Сухов (Николай, кажется), ныне гражданин Украины, гуру отечественной магнитной записи, создавший систему адаптивного динамического подмагничивания, превосходящую HХ Pro (единственную , ныне применяемую на Западе в высококлассных магнитофонах-приставках), создавший, не нарушая патентов, стопроцентно совместимый аналог лучшей на сегодняшней момент компандерной системы шумопонижения dbx, что в сумме позволило расширить динамический диапазон кассетного магнитофона с 50 до 90 дб (для сравнения – теоретический динамический диапазон CD – 96 дб, а практический, то есть тот, в котором CD способен звучать качественно, примерно 60-70). Он же одним из первых в СССР начал заниматься акустическими системами с отрицательной обратной связью. Так вот, в книге «Атлас аудиокассет», в которой сведены в таблицы данные расширенных технических измерений нескольких сот аудиокассет, автор такую историю: Зная об особенностях методики измерения гармонических искажений (точнее, о том, что они измеряются по уровню третьей гармоники), разработчики придумали такую систему полива и поляризации магнитных частиц на ленте, что в двух слоях они намагничивались противоположно друг-другу именно на этой гармонике, в результате сложения одинаковых величин с положительным и отрицательным знаком именно одна эта гармоника просто вычиталась и, естественно, на выходе измерение давало ноль, и кассеты фирмы сони были абсолютно вне конкуренции именно по этому параметру (интермодуляционные и гармонические искажения), хотя сама кассета была ничуть не лучше, чем другие, а может, и... сами понимаете, за все хитрости надо платить – если где-то пусто, то где-то в другом месте обязательно будет и густо. (Но лично мне кажется, что кассеты типа II фирмы Сони звучат как-то… ну, теплее чтоли, вполне вероятно, из-за вышеописанного трюка, поскольку третья гармоника – самая сильная из всех нечётных, поэтому возможно, этот трюк мог положительно сказаться на субъективном восприятии. Ещё, все ленты фирмы Agfa (типа I) имели некую окраску звучания, это я с детства ещё помню, и мне она была довольно приятна на слух, хотя и малозаметна. По результатам, приведённым в книжке, ленты этой единственной фирмы имели аномально высокий уровень пятой и седьмой гармоники… вероятно, в этом дело, хотя это уже совсем из области догадок). Впрочем, сейчас-то мы уже знаем, какое распространение в компьютерной технике получила методика написание тестов, показывающих заведомое преимущество любого целевого продукта над конкурентами; главное – не выпустить быстрый процессор, память или там "маму" и видеокарту, или, боже упаси, винчестер, а главное – написать "правильный" тест, который убедительно, в цифрах и графиках объяснит покупателю, что вот эта и есть самая-самая она, его заветная мечта.
Вернёмся к измерению уровня громкости звука в рекламе. Понятное дело, что громкость должна быть не выше средней субъективно, но представлять эту субъективность в любом случае придётся через вполне конкретные объективные параметры.
Во-первых, сразу бросается в глаза спорность самого понятия "средняя громкость", поскольку оно не поддаётся однозначной трактовке. Если например, будет во всём ролике пара коротких, но мощных оглушительных "жах-трах-бабах"ов, а всё остальное – "милым шёпотом", то средний уровень громкости объективно будет невысоким, однако этим бабахам ничего не помешает быть громкими и навязчиво-раздражительными. Если же особо громкие места подвергнуть компрессии, это снизит значимость пик-фактора для вычисления среднего уровня, что, в свою очередь, позволит опять же сделать звук субъективно громче при сохранении тех же объективных параметров. Это достигается засчёт приближения уровня средней громкости к уровню максимальной при использовании динамической компрессии. То есть, объективно громкость рекламы будет равна заданной, но субъективно реклама будет, всё равно, громче. В общем, этот пункт – уже не работает как класс, ибо рекламщики будут трактовать неоднозначность в свою пользу, и как оно орало и гавкало, так и будет дальше.
Если руководствоваться измерением уровня сигнала в определённом участке диапазона, например, на такой-то частоте, то это обходится элементарно – либо именно эта узкая полоса просто понижается эквалайзером, либо компрессится. А всё остальное – как и было. Эффект тот же. То есть никакой.
Если измерять суммарный уровень сигнала во всей полосе частот, то требование к средней громкости тоже обходится элементарно: понижаем уровень низких и нижних средних частот, засчёт чего повышаем уровень средних и высших средних. Из-за этого дисбаланса звук будет резким, вероятно, противным и агрессивным, и опять же его можно будет сделать субъективно громче при соблюдении заданных объективных характеристик ограничения. (Забыл сказать, что это всё справедливо при условии, что сигнал основной передачи не подвергается каким-либо особым издевательствам и остаётся ..ну... насколько это можно говорить о нашем телевидении... в меру... сбалансированным... если уместно так сказать о телевидении, убийственно наплевательски относящемуся к звуку).

История вопроса и его соломоново решение для эл.СМИ.
Я вот тут всё разоряюсь, мол, компрессия, да компрессия. А шо ета, собсна, такоя... Чтобы нетехническому человеку был понятен вывод и то, что в этом выводе такого уж «соломонового», придётся чуть-чуть порассказывать о том, что за зверь эта страшная компрессия. Итак. Компрессия – это сужение динамического диапазона сигнала, то есть, уменьшение разницы между сильными и слабыми частями сигнала, короче говоря, между тихими и громкими звуками. "Условно средняя" воспринимаемая громкость намного ниже максимального уровня звука, достигаемого в пиках. Компрессия используется для того, чтобы сделать звук субъективно громче при тех же возможностях тракта. Этот приём убийства звука получил активное распространение в начале 90х сразу после прекращения массового производства виниловых дисков. Почему именно тогда: Дело в том, что по мере приближения уровня сигнала от среднего к максимальному у винила начинают катастрофически расти нелинейные искажения, особенно, на высоких частотах, и уж совсем особенно по мере приближения иглы к центру (в конце пластинки диаметр круга, описываемого канавкой в три раза меньше, чем в начале пластинки, что при постоянной скорости вращения означает постепенное трёхкратное (!) снижение линейной скорости дорожки по мере хода иглы от начала к концу диска), поэтому на виниловом носителе средний уровень не должен был быть высоким – чтобы не входить в область сильного искажения. При цифровой же записи искажения обратно пропорциональны уровню сигнала (чем выше уровень, тем большим количеством бит он обозначается, а чем больше количество бит, тем выше точность, следовательно, меньше искажение). Таким образом, критерий «среднего», как сдерживающий фактор, потерял актуальность в силу отсутствия естественных ограничителей. Поэтому в условиях физической (обусловленной возможностями техники) и/или физиологической (обусловленной возможностями и переносимостью человеческого организма) невозможности дальнейшего повышения абсолютного «потолка» звук стали делать всё громче и громче, приводя «среднее» всё ближе и ближе к максимальному, то есть к этому самому «потолку». Наверняка ведь, многие обращали внимание на то, что старые CD, либо выпущенные до начала 90х (92-93 где-то), а также переиздания старой музыки звучат много тише, чем новые записи. Много – это, в среднем, в два-три раза. Вот, оно самое и есть. Технически, это делается так: при мастеринге нормальная громкость готовой записи повышается, обычно – примерно в два раза (в два раза это на 5.6 дб), а в особо тяжёлых клинических случаях этак раза в три (три (3.16( раза – это уже 10 дб), при этом, понятное дело, что уровень громких звуков, до того нормально укладывающийся в динамический диапазон, начинает выходить за его границы. Да, кстати! Когда я говорил о естественных преградах, не позволявших бесконечно повышать уровень записи на виниловых носителях, я упустил ещё один важный, но и забавный момент: в тихой части динамического диапазона находятся шумы, которые в былые времена были и сами по себе довольно существенные – на аналоговой аппаратуре, поэтому увеличение уровня сигнала с искусственным сужением динамического диапазона автоматически приводит к усилению (удваиванию или утраиванию) шума, а у них всех ведь есть страшное, даже зловещее заклинание "ШОБНЕШИПЕЛЛА!!!", ну вот не любят они, когда шипит. Но сейчас научились и студии делать такие, которые умеют шипеть тихо, и главное, научились давить эффективно давить шумы, и даже что-то оставив от исходного звука, поэтому и присутствие шума в качестве сдерживающего фактора – потеряло силу.. В обычном случае, если врубить какой-нибудь звуковоспроизводящий аппарат громче, чем ему по силам, что он будет делать? – Хрипеть и шепелявить, захлёбываться и плеваться. Так вот, а в студии работают умные дяди с кучей всякого хитрого оборудования, вот они и подвергают всё, что "не влезло" компрессии. Система такая: если уровень сигнала превышает допустимый, точнее, разрешённый, то автомат его понижает до разрешённого, а как только этот участок сигнала проходит, автомат тут же восстанавливает средний уровень. Но благодаря тому, что это делается по хитрым алгоритмам, явного хрипа, рёва и треска, вроде, не наблюдается, но звук, всё равно, получает окраску определённую, он становится как бы плотнее и, главное, на дрянных (то есть откровенно низкокачественных) музыкальных центрах может орать в два раза громче и пронзительнее, чем раньше, при той же мощности.
Не знаю, что бы такого надо было сделать с тем, кто придумал так калечить звук, но обломать ему руки, и заспиртовать на память потомкам, а уши оторвать и растереть на тёрке, чтобы никому не достался этот маркетинговый слух, и ноги кремировать, чтобы не было у других соблазна идти по его стопам, и вот в таком виде оставить его жить на пособие по безработице, или лучше – без оного – это было бы лёгким наказанием на фоне масштаба деяния. Сейчас не компрессят разве, что классическую музыку и уж совсем такой ортодоксально-акустический джаз, всё остальное же укатывается этим компресс-катком в асфальт. У меня даже, честное слово, «пропало желание» покупать новые диски, ибо записи просто испорчены. Причём, необратимо. Хронология, внедрения этого новшества – 1992 – 1994 годы. Например, в 92 году вышедший альбом Roxette был «чист», а альбом Сюзен Веги – уже изгажен (хотя её альбом 90-91 был тоже «чистым»), в году номер 93 вышедший альбом всё того же Roxette, уже был испорчен, но в году номер 1994 выпущенный альбом Pink Floyd был всё ещё "чистым" (впрочем, Pink Floyd – это особый случай), а вот Yanni образца того же года, – испорчен, причём убивцефф уже не смутил и не остановил даже Королевский симфонический оркестр.
Как лично я это слышу? – А как натуральнейшие нелинейные искажения. Мой взгляд на проблему формировался, в основном, в докомпьютерную и, тем более, доинтернетную эпоху при полном отсутствии информации, опытным путём, через определённые этапы «эволюции заблуждений».
Сперва, ещё не имея ни лазерного проигрывателя, ни компьютера, ещё в магнитофонную эпоху я сетовал на любителей переписать записи на кассету или катушку со слишком высоким уровнем, «шоб тише шипело и громче орало»... Потом, услышав CD, я думал, что это специфика искажений дискретизации, потом думал, что из-за большого сигнала, идущего с выхода лазерного проигрывателя, перегружаются входные каскады усилителя мощности и усилителя записи в магнитофонах... Следующий этап – попытки согласовать разные блоки тракта между собой на уровне усилительных каскадов.
(Чуть-чуть о согласовании каскадов. В данном случае имеется ввиду исключительно согласование по уровню сигналов, в общем, никаких особых наворотов. А дело в следующем: динамический диапазон аналоговой техники снизу ограничивается шумами, в которых теряются тихие звуки а сверху – предельно допустимым уровнем искажений. То есть, есть некое всловное понятия «нуля», точки, когда искажения начинают превышать заявленные в технических характеристиках. То, что ниже этого «нуля»– собственно, рабочий диапазон, а всё, что выше – это «перегрузочная способность», диапазон которой сверху ограничивается максимальной физически возможной амплитудой сигнала). Штука это полезна тем, что возможность превышения «нуля» в экстренных случаях (непериодических/случайных пиковых моментах), позволяет, пожертвовав точностью передачи этих редких или кратких моментов, основную часть сигнала, содержащую большую часть информации в более оптимальной для неё части динамического диапазона, то есть подальше от шума. Для отечественной техники уровень «нуля» на линейном входе-выходе – это 0.775 вольта. В цифровой технике, в отличие от аналоговой, динамический диапазон жёстко фиксирован, и снизу ограничен постоянной величиной уровня сигнала, соответствующего младшему биту (он же «шум квантования», а сверху – уровнем сигнала, соответствующей сумме всех бит в числе. Это ограничение – прямое, то есть вот «стопроцентно физическое», поэтому перегрузочная способность у цифрового аппарата отсутствует как таковая. Как я рассуждал: максимальный уровень сигнала на линейном выходе CD плеера – 2 вольта, что примерно соответствует чувствительности аналогового аппарата с «нулём» равным 0.7 вольта плюс перегрузочной способностью порядка 10 дб. Если принять во внимание категорическую недопустимость превышения максимальной амплитуды в плеере, получается, что все возможные пики амплитуды будут лежать в этих 10 дб. А поскольку сигнал с CD шёл ну очень большой, я и предположил, что, видимо, слишком большая плотность у сигнала, лежащего именно в области перегрузок. Чтобы уменьшить искажения в усилителе, надо уменьшить максимальный входной сигнал до уровня «нуля».
Но попытки согласовать выход лазерки и входы усилителей приводили к небольшим переменам, вернее, действительно, от большого сигнала эти входы перегружались, но это была меньшая часть проблемы. Нет, блоки тракта (CD плеер и усилитель, конечно, согласовывались, и от этого был эффект, но это отражалось только на качестве самого воспроизведения, но ни коим образом, разумеется, не могло исправить запись, убитую ещё в студии. Вроде что-то менялось, но чётко отделить мух от котлет не получалось, ибо я как человек, чуть-чуть просвещённый в технических вопросах, уж ТАКОГО издевательства даже предположить не мог.
«Озарение» наступило, когда я в первый раз в жизни открыл файл в звуковом редакторе. Хотя нет, не в первый. Правильнее сказать, когда я в первый раз открыл профессионально-студийно испорченный звуковой файл, «сграбленный» (grabbed) с CD в звуковом редакторе. Это было в 1997 году.
Несколько лет назад была сделана ещё одна, тоже неудачная, попытка борьбы со злом, на сей раз, уже компьютерными средствами. Компрессия – это сжатие диапазона сигнала, а если сигнал можно сжать, значит, сжатый сигнал теоретически возможно «растянуть» обратно к прежнему состоянию, на этом принципе работают все компандерные (compressor-expander) системы шумопонижения – все типы Dolby и вышеупомянутая dbx. – Это я так наивно рассуждал. «Ага, щясс..».
На самом же деле, есть два типа компрессии. Это собственно компрессия сигнала и ограничение (limiting) пикового уровня сигнала, которое, собственно, даже и не является компрессией, но так «эмпирически» называется, поскольку, всё равно ведь, динамический диапазон уменьшается в итоге. В первом случае имеется постоянная зависимость между уровнем сигнала и коэффициентом усиления, в результате которой значения сильных и слабых сигналов становятся ближе друг к другу; естественно, что если к сигналу, обработанному таким способом, ещё раз обработать, но уже с обратной зависимостью, то можно получить исходный вариант. Лимиттинг – это операция принципиально иная, её алгоритм я приводил выше: «устанавливается некий уровень порога («нуля»); если уровень сигнала превышает его, то автомат понижает усиление, доводя сигнал до этого разрешённого порога, а как только участок сильного сигнала проходит, автомат тут же восстанавливает прежнее усиление». Такую обработку обратить невозможно, поскольку неизвестно (невозможно восстановить), на какую величину в каждый данный момент был уменьшен сигнал, изначально превышавший установленное ограничение. Например, установлен порог в 1 Вольт. Сигнал с уровнем в полтора Вольта автоматически понижается до Вольта, сигнал с уровнем в 3 вольта – точно до такого же уровня, а сигнал уровнем в 1 Вольт остаётся, каким и был; в результате невозможно по полученному одному вольту экспандер не в состоянии определить, было это изначально полтора, три вольта или так он и был один. Финиш.
Уже после того, как этот текст был написан, мне в голову пришла аналогия, образ, как это проиллюстрировать. Комично, но не могу удержаться, чтобы не вставить в текст:
Представьте ситуацию: в некой комнате человечек прыгает на батуте. Допустим, человечек – это наш звуковой сигнал, батут – это нижняя планка динамического диапазона, а потолок комнаты – он потолок и есть: выше него не прыгнешь, и он очень твёрдый. В исходном варианте человечек наш свободно прыгает-себе на батуте, естественно, недолетая до потолка. Применительно к этой ситуации первый вариант (обратимая компрессия) будет выглядеть так: поднимаем батут (нижний уровень) на какую-то величину; естественно, он при этом будет ближе к потолку. При этом либо увеличиваем силу гравитации, и человечек, прилагая те же усилия, будет прыгать на меньшую высоту, опять же, недолетая до потолка. Этот же эффект можно получить, не увеличивая силу гравитации, а натянув сверху под потолком какую-то сетку, которая будет пружинить и гасить энергию прыжка. В этом случае, если проделать обратную операцию, то есть опустить батут на ту же величину, на которую подняли, ну и вернуть прежнюю гравитацию или убрать пружинящую сетку, человечек наш опять будет прыгать так же, как исходном варианте. Второй вариант (peak limiting или необратимая компрессия) Просто поднимается батут, и всё. То есть, при той же силе прыжка наш сигнал-человечек будет стукаться о твёрдый потолок, при этом отбивать себе то, чем стукнулся. После таких «упражнений», даже если человечка поместить в прежние шикарные условия, прыгать он уже не сможет, поскольку к тому времени у него будет разбита голова, которой он долбился о потолок. И в таком виде человечек-калека покидает студию гимнастический зал и ползёт к нам в уши в клинику. Вот такие пироги…
При компрессии CD, как раз, используется второй вариант. Не совсем отдавая себе в этом отчёт, я, всё же, попытался найти некий очень узкий диапазон в районе этого порога, где сигнал не смят совсем, но довольно сильно искажён, чтобы попытаться его малость «растянуть». Но во-первых, этот диапазон оказался настолько мал, что «попасть» в него – удача большая и редкая, как та синяя птица. Надо сказать, что пару раз это у меня даже получилось. Правда, улучшения звучания не дало. Точнее, мне удалось несколько сгладить жёсткий эффект лимитинга, но ценой серьёзного увеличения нелинейных искажений, которые лично на мой слух предпочтительнее компрессного «захлёбывания», но там эффект был очень даже на любителя, то есть смягчение порога давалось слишком большой ценой.

Как это всё звучит. На нескольких примерах.
Компрессированный перегруз на ударных: в момент удара может явно захлёбываться звучащий в этот момент хэт или какие-то другие средне и высокочастотные составляющие музыкального звучания. Они как бы проваливаются в этот момент, удар их как бы "перебивает". Сам же удар теряет свою фактуру и становится больше похож не на удар, а на импульс низкочастотного гула.
Компрессированный перегруз на басу: бас может слегка хрипеть, впрочем, может и не хрипеть, но давать интермодуляционные искажения на все более высокочастотные сигналы, то есть голос или какие-то инструменты могут задрожать, может появиться подобие вибрато.
То же на средних частотах, там гитарах, синтезаторах или каких-то акустических инструментах – появляется «завывание», этакий ревущий призвук, но даже если до ЭТОГО и не доходит, то на "громких" местах заметно, что инструменты сливаются и становятся невнятными.
То же на высоких частотах – размазывание, превращение высокочастотных составляющих в шумоподобную высокочастотную «грязь», особенно – шепелявость при речи. Кстати, насчёт речи – вообще, дело страшное. Дело в том, что компрессия речи используется почти везде. Даже если это не проявляется откровенной шепелявостью, то проявляется в виде этакого «просаживания», ослабления гласных звуков и усиления согласных, особенно, глухих согласных. Лично меня это раздражает так, как не раздражают все рекламы вместе взятые, а речь такая звучит так, как будто этому несчастному ведущему или репортёру чуть ли не на каждом ударении, извиняюсь, шилом в зад тыкают, и он подскакивает и покряхтывает, скрывая свои «болевые восклицания».
А вот интересный специфический феномен касательно речи: когда компрессии подвергается бардовское творчество. Человек с гитарой или другим инструментом – это всегда дело, скажем так, приватное. К пению применимо вышеприведёное описание речи (кроме последнего момента с "шилом"), плюс искажение звучания инструмента (гитары или фортепиано), у меня лично возникает стойкое ощущение, что поют прямо в ухо. То есть, если нам что-то громко-громко кричат рядом, то само ухо, не будучи способным адекватно передать такой громкий звук, вносит специфические искажения, похожие на то, когда «уши закладывает». Я-таки проверил этот вариант, то есть, даже не проверил, а словил себя на ассоциации: когда включил в наушниках запись на близкой к предельной) громкости, сложилось нормальное естественное ощущение «закладывания ушей», то есть это было не натуральное «закладывание», а его более-менее похожая имитация, посредством использования компрессора в студии.
Кстати. У меня нет подборки на новых «продвинутых» носителях типа SACD или DVDaudio (честно говоря, я даже и не знаю, где их брать, и у меня нет такой техники, на которой их крутить), поэтому не могу ничего сказать о качестве мастеринга на DVDaudio, но читал на одном звуковом форуме о том, что, продвигая на рынок эти новые, пусть и, действительно, качественные (в отличие от CD), стандарты, звукозаписывающие компании нынче сознательно, в целях дискредитации «устаревшего» формата CD в глазах покупателя, вносят записи на CD искажения? чтобы они звучали заведомо, и главное, очевидно хуже, чем выпускаемые параллельно эти же записи на DVD. Собственного опыта у меня на этот счёт нет, поэтому ничего сказать не могу, но в силу всего вышеописанного, эта версия очень похожа на правду.
Вообще, ситуация с мастерингом сложилась анекдотическая и абсурдная: с одной стороны, выпускается аппаратура, в которой достигаются немыслимые ещё в восьмидесятых параметры точности работы электронного тракта, когда суммарные коэффициенты нелинейных искажений составляют сотые, и даже тысячные, доли процента, а между тем, звукозаписывающими компаниями ещё в студии в запись целенаправленно вносятся искажения, доходящие до 50 (!) процентов, которые, видимо. Нуждаются в особо точном воспроизведении, ибо они, как мне обсказали в одном hi-fi-hi-end магазине, «максимально передают идею звукорежиссёра».

Соломоново решение.
Теперь – к нашему барану, то есть, к рекламе. В чём состоит "соломоново решение" проблемы громкости и агрессивности звука в рекламных роликах: Я бы сказал, что в законе следует устанавливать ограничение не среднего уровня громкости звука в рекламных блоках, а максимального. Вот так. Просто – дёшево и сердито".
Психолого-техническое обоснование предложения:
1. "Среднее давление в больнице" и средняя громкость звука плохо поддаётся определению, и объективный контроль его весьма условен и на уровне субъективного восприятия при наличии заинтересованной стороны практически любое объективное ограничение. Но даже если посадить кучу экспертов смотреть все телеканалы и выискивать нарушения, то, всё равно, толку будет мало, поскольку одно дело, как звучит телевизор, другое – как звучит та акустическая система, которую выставят перед этой экспертной коллегией. А там уже и недалеко до маразма вроде попыток вывести фиксированные акустические характеристики для породы «среднего телевизора» или «среднего телезрителя», находящегося на «среднестатистическом» расстоянии от «среднего телевизора» в среднестатистическом же помещении. Тут к месту напомнить об идее тонкомпенсации, суть которой в изменении АЧХ тракта при изменении громкости таким образом, чтобы компенсировать нелинейность слухового восприятия таким образом, чтобы при изменении громкости субъективно спектральный состав звучания оставался неизменным. Но всё дело упёрлось в эти самые «среднестатистически идеальные» характеристики, которые в реальном мире имеют физический смысл примерно такой же, как пресловутые «задачи по физике» на вычисление величины ускорения свободного падения сферической лошади в вакууме. Итог оказался в меру плачевным и не в меру пошлым: в нынешних ширпотребных системах эта штука служит для усиления низких частот на малой громкости и ослабления на большой. Вот только надо это уже не для компенсации каких-то там гипотетических изъянов человеческого слуха, а для маскировки технических недостатков, например, патологической неспособности большинства систем адекватно эти низкие частоты воспроизводить; то есть, чтобы хоть как-то наполнить ими звук, на маленькой громкости приходится непропорционально поднимать их амплитуду, так же непропорционально ослаблять которую при большой громкости необходимо, чтобы эта система хотя бы не очень хрипела и захлёбывалась, всё из-за того, что упомянутые низкие частоты она воспроизводить может только тихо. В общем, кончилось всё чистейшей профанацией, «косметикой» и имитацией типа ‘X-Bass’, ‘Super-Bass’ и т.п.

2. Поэтому контроль должен быть, во-первых, объективным (основываться на объективных характеристиках), а во-вторых, основное требование к результатам измерений – это не столько точность цифр, сколько строгое и однозначное их толкование. Превысила телекомпания порог – плати штраф. Чтобы не было такого, что сперва телезрителя напугали каким-нибудь головокружительным возгласом или шмяк-бряком, а потом – давай нашёптывать, выравнивая «среднюю температуру по больнице».
3. Методика измерения должна быть, во-первых, проста в реализации и ни в коем случае не основываться на нелинейных привязках к характеристикам основного потока вещания. Во-вторых, желательно полностью исключить как субъективные оценки, так и вычисление неоднозначных величин и следовательные вольные толкования как условий, так и результатов объективных измерений заинтересованной стороной. Короче говоря, технология должна быть защищена от дурака, мошенника и юриста.
4. Максимальный уровень по амплитуде звука в рекламном блоке можно ограничить аж в два раза, и не следует бояться или сетовать на то, что, мол, реклама будет звучать тихо. Не будет! В рекламе уж на всю катушку используется как компрессия, так и всякие приёмы расцвечивания и обострения звука, благо, у авторов роликов, в отличие от авторов фильмов, для этого нет ограничений – как захотят, так и сделают. Сейчас реклама идёт вдва раза громче практически любого фильма, а будет – вровень. В общем, никто не пострадает. Зато, если ограничить диапазон рекламщикам, они будут вынуждены делать звуковой ряд более «мягким и шелковистым», чем сейчас. Сверху будет ограничение диапазона, за которое не выйдешь – оштрафуешься к чёрту, а снизу – сами не захотят – а то ведь оно ж, и правда, тихо будет :)
5. В общем, если нет возможности прекратить это беспредельное звуковое мошенничество, если нельзя договориться с мошенниками на то, чтобы они не использовали свои пагубные методы во вред зрителям (в данном случае – слушателям), то надо создать для них такую ситуацию, чтобы все эти сверхвозможности не давали рекламщикам преимущество, а только ставили их в равные условия с остальными участниками вещания.
6. Думаю, несколько неожиданный поворот...
________

Окончание ниже.
Tags: 2006
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments